История Воронежского гештальт сообщества глазами Вячеслава Тарасова и в его изложении


Как принято описывать историю? В начале было слово... думаю, что для данной статьи такое начало не подходит, поэтому начнем по-другому. Появление гештальта на Воронежской земле связано с именами Даниила Хломова и Нифонта Долгополова. Мы еще спрашивали: «А что, у всех в гештальте такие имена, древнерусские?» Выяснилось, что нет. Так вот, в 1993 году, эти славные ребята провели два ознакомительных семинара по гештальт-терапии. Один был проведен в городской или областной психиатрической больнице (в Тенистом или в Орловке, или еще где-то, я точно не помню). А второй в Воронежском педагогическом институте, и был он организован кафедрой психологии, которую возглавлял тогда И.Ф. Мягков. По-моему, организатором стала И. Дмитроченкова и кто-то еще с ней. Кажется, она знала Даниила Хломова. Я тогда был аспирантом кафедры. А на семинаре было около 30 человек, половина – преподаватели кафедры, половина психиатры и психологи. В частности, я помню, была Тамара Нифедова, Ира Чиркова и др. Тогда психотерапия в России только начинала развиваться, и проводилось много разных семинаров по разным направлениям, и вот гештальт.  В процессе работы были сессии (горячий стул), упражнения, потом группа разделилась на две, одну вел Данила, другую – Нифонт. Я попал к первому, и мне как-то понравилось. Эффект от собственной сессии я догнал только через два месяца. А потом из участников этих двух семинаров была набрана первая учебная группа. Было это в конце 1993 года, где-то в ноябре. Она состояла  из преподавателей кафедры и психиатров. Вели ее Нифонт и Данила вместе. Похоже, что это была их последняя совместная группа, и после нее они перестали работать вместе. Нифонт открыл свой институт «Гештальта и психодрамы» МИГИП. Из тех, кого я вижу сейчас, в ней участвовали я, Аврамова Татьяна, Дмитроченкова Ирина, Зинченко Татьяна, Худякова Татьяна, Теньков Саша, Вадим Газарян, Ларина Ирина, Чиркова Ирина. Всего было 22 человека. Проходила эта группа семинарами по 4 дня и длилась два года. Закончилась сертификацией и созданием Воронежского филиала Московского гештальт института. Директором его стал А. Теньков (собственно, наличие филиала тогда ничего особенного не означало). Параллельно с этой группой, но начиная позже где-то на год, появилась группа, которую вел Нифонт один. Из тех, кого я знаю, там участвовала Н. Вьюнова. Затем гештальт-терапия появлялась в Воронеже уже отдельными семинарами. «Арт-гештальт» вел Данила, это было что-то новое про использование рисунка в гештальт-терапии, было два или три семинара. Была Кедрова Н. с программой «Гештальт в работе с детьми». Потом даже кто-то из участников ее программы проводил семинары «Работа с детьми по Кедровой». Она удивлялась, и говорила, что не отвечает за то, что там делается. Все-таки, гештальт-терапия – это индивидуальное мастерство, и его нельзя копировать и тиражировать. Одновременно с такими семинарами появились учебные программы бывших участников той, первой, программы: Аврамовой Т., Тенькова А., Худяковой Т. и может быть других. Они проводились со студентами психфака ВГПУ. И в 1996 году (или в 1997) я точно не помню А. Теньковым, и А. Вершининым была организована программа более подробного, что ли, обучения для тех, кто учился на семинарах Кедровой Н., и у вышеперечисленных ведущих. Появилось название «программа второго уровня» и «программа третьего уровня». В первой, из тех кого я сейчас встречаю, участвовали А. Вершинин, Е. Тарасова, Р. Лычагин и другие, которых я уже и не помню, во второй – участники первых двух выпусков, но не все, а только 11 человек. Из этих 11 до конца дошли  и сертифицировались четыре: я, Вадим Газарян, Теньков Александр, Ларина Ирина. Был еще один интересный проект, на котором из Воронежа были И. Ларина и А. Вершинин, – это программа Р. Резника в Москве, организованная Нифонтом Долгополовым. Мы тогда частенько встречались и обсуждали то новое, что было у Р. Резника, было интересно. Я в то время работал в Центре творчества детей и Юношества Ленинского Района вместе с В. Газаряном и А. Шумейко (он не гештальтист) и мы вместе проводили отдельные семинары по гештальт-терапии и вели группы для подростков и старшеклассников. Дальше гештальт-терапия в Воронеже жила следующим образом. Стал развиваться филиал МГИ, то есть появились группы сертифицированных в программе третьей ступени тренеров МГИ: мои, Тенькова, Газаряна, и отдельным направлением, не связанным ни с кем, существовали группы Аврамовой Т. Тогда, где-то с 1998 года, МГИ в Москве стал как-то структурироваться, в связи с появлением новых тренеров (в частности, в Воронеже, в Краснодаре, в Москве и пр.). Появилась новая форма работы – гештальт-интенсив. Я тогда все больше работал в родном городе, вел группы один и с женой (Леной Тарасовой). Начали мы совместную работу с 1998 года. У нас тогда набрались две группы из студентов пединститута и участников моей  группы в центре творчества. Из тех, кто тогда в них учился, сейчас в гештальте появляются Ася Баскакова (теперь у нее другая фамилия), Марина Демченко, Ната Романова, из более поздней группы Наташа Рожко, Маша Бондаренко. Параллельно шли группы Тенькова, и многие его ученики ушли в бизнес-консультирование или менеджеры по персоналу, в частности Рома Якунин и др., а кто-то в гештальте сейчас, например, Паничева Катя, Наташа Боева и др.

Следующим значимым событием, которое как-то стало собирать вместе идущие группы мои, Тенькова и Газаряна (Аврамова никак не сотрудничала с нами) это было проведение первой местной гештальт конференции и затем – интенсива. При инициативе А. Вершинина и моей, при поддержке Газаряна, Тенькова, наших учеников и других участников (интересующихся) в мае 2000 года была проведена конференция и, затем, интенсив. Успех этих мероприятий сделал их традиционными. Они проходят до сих пор и хорошо объединяют сообщество.
Первый интенсив состоялся на турбазе «Коминтерновец», во многом благодаря А. Вершинину (в сотрудничестве с Р. Лычагиным), который смог найти базу буквально за несколько дней. В качестве тренеров участвовали я, Теньков, Ларина, Газарян, Вершинин. И было 22 (или 23) участника. Многое было новым. Единственными, кто до этого знал, что такое интенсив, были Вершинин и Теньков, при этом только Тенькову случалось быть там тренером. Но, благодаря смелости тренеров и участников, решительности и хорошим отношениям в команде, мероприятие удалось. Правда, после интенсива из команды выпал В. Газарян, да в общем, выпал и из гештальта, в подбор персонала или что-то еще. А для дальнейшего роста уже надо было ездить в Москву на тренерские сборы, которые тогда начали проводиться и на семинары иностранных тренеров (первый такой был семинар Гордона Виллера), которые серьезно улучшали и поправляли  видение гештальт-терапии (в частности, мое).

Дальше конференции, интенсивы и сборы тренеров стали традиционными. Учебные программы улучшались и развивались. В конференциях стали принимать участие гости, в частности из Курска, особенно после того, как там началась учебная программа по гештальт-терапии под моим руководством. С тех пор мы дружим сообществами, они к нам на конференции, мы к ним.
Развитие гештальт сообщества в Воронеже на некоторое время связалось с именами А. Тенькова, В. Тарасова и А. Вершинина. Позже наступил момент, когда связи с Москвой и приглашения  сделали более выгодной работу в других городах, и количество групп стало сокращаться, притом, что других тренеров не появлялось. Но, в то же время, связи с другими городами обогатили и местное сообщество: участие в интенсивах курян, питерцев, ростовчан, армавирцев сделало интенсивы более яркими и насыщенными.

Теперь можно коснуться и современного периода, то есть последних трех-четырех лет. Сейчас в Воронеже тренеров стало больше, в основном за счет тех учеников,  которые после окончания обучения не ушли в менеджеры по персоналу или какую-нибудь клинику, а продолжили обучение на третьем уровне в Москве, остались в сообществе и стали прикладывать силы к его поддержанию и развитию. Среди них Елена Тарасова, Полина Иевлева, Роман Лычагин, Валентина Тенькова, Анна Меланьина, Анастасия Баскакова, появилось также много гештальт-терапевтов, активно поддерживающих жизнь сообщества через свою практику и общественные мероприятия. Это Андрей Головатюк, Вероника Кононыхина, Андрей Лопатин, Екатерина Черных, Наталья Сустретова, Светлана Голубева и др. (всех не перечислить). Команда активных ребят А. Головатюк, П. Иевлева, В. Кононыхина, А. Лопатин, Е. Тарасова и я стали поддерживать и развивать основные гештальтистские мероприятия: ежегодную конференцию (которая стала более организованной и массовой), сайт сообщества (благодаря А. Головатюку), лекции, тематические и терапевтические мероприятия. В то же время, из ведущих тренеров МГИ активно работать в нашем городе остались только В. Тарасов, то есть я, и немного А. Вершинин, но это никак не мешает развитию гештальт-терапии в нашем городе. Вот такая история. Которая еще не закончена...

 
Symbol
История центра